В поисках казахстанской Атлантиды…







Скачать 391.51 Kb.
НазваниеВ поисках казахстанской Атлантиды…
страница2/4
Дата публикации27.10.2017
Размер391.51 Kb.
ТипДокументы
p.120-bal.ru > Литература > Документы
1   2   3   4




Нет. Улицы и дома были те же – за исключением нескольких «неузнаваемых» кварталов, они, как раз, изменились меньше всего, но там жили совсем другие люди. Не просто ДРУГИЕ люди, а СОВСЕМ ДРУГИЕ люди, ни капельки не похожие на НАС – тех, кто жил там раньше. МЫ, жившие в этом городе, без боя уходили куда-то на Север, оставляя город захватчикам, и теперь счастливые победители, вывесив голубые знамена на вокзале, телеграфе и почте, празднуют свой пир. Тем из НАС, кто по каким-то причинам остался на занятой территории, приходится «партизанить» - смотреть российские каналы через спутниковую антенну и ходить на «русскоязычные» спектакли и концерты в культурные центры-резервации…

Моя школа-лицей, в которой я учился два последних школьных года, стала казахской гимназией, и теперь «оккупанты» стирали следы чужого присутствия (и моего, в том числе) – там шёл ремонт. Я лично застал момент, когда рабочие начали отдирать со стены в моем классе панно с нарисованными девочками и мальчиками, дружно заглядывающими в монитор допотопного компьютера. А у меня, между прочим, на фоне этой картинки школьная любовь приключилась. В квартире, отданной когда-то горисполкомом под городскую станцию юных техников, где я осваивал авиамоделизм, теперь был продуктовый магазин, а в соседнем доме – там, где была детская библиотека (я там брал «Денискины рассказы», я точно помню), теперь тоже был магазин. Вообще, складывалось ощущение, что магазины, аптеки и кафе – суть нынешнего пейзажа города, который когда-то был моим. Только ДК Металлургов, очаг культуры в районе, где жила моя семья, стал Казахским музыкально-драматическим театром, но идти на казахский вариант «Сильвы» почему-то совсем не хотелось.

Мой дом был прежним – он, конечно, постарел, и в его дворе было даже более пустынно, чем в годы моего детства. Мой дом был прежним, но я не знал его жителей. Мой дом был прежним, и он тоже стал чужим…

Я все равно с ним поздоровался, ведь он меня звал…
***

Еще вчера, в первый день мая, в Павлодаре было солнечно и по-летнему тепло – мы с Наткой, Андрюхой и его милейшими детьми в строгом соответствии с павлодарской первомайской традицией гуляли по набережной Иртыша и запускали в речную воду воздушные шары, а сегодня, в Астане (Акмоле-Целинограде-Акмолинске), было промозгло и холодно. Цепляясь за верхние этажи домов, над городом проносились низкие грязные тучи, и по всему вот-вот должен был пойти снег.

Улица, ведущая от вокзала в центр – по-прежнему Целиноград. Я где-то обрадовался, узнав в пейзаже знакомые места (раньше мы с отцом вот так же «ночь туда – ночь обратно» частенько ездили в гораздо более продвинутую, чем Павлодар, бывшую столицу Целинного края), а где-то разочаровался – все-таки мне рассказывали какую-то уж совсем фантастику про новую столицу Казахстана.

Около оперного театра, бывшего ДК Железнодорожников, к нам подбежал неопрятного вида молодой казах: «Братишка, дай двадцать тенге после праздников похмелиться». Почему-то я решил не вступать в дискуссию о справедливости притязаний алкоголика-попрошайки и молча выдал монетой требуемую сумму – в российской валюте это рубля четыре.

Пешим шагом мы приближались к «старой» Астане. Немного о терминологии. Дело в том, что развитие новой казахской столицы происходит в два этапа. На первом этапе, сразу после переезда из Алма-Аты, все основные госучреждения были размещены в наспех переделанные, расширенные и отремонтированные общественные здания, в общем-то, не самого крупного областного центра. Обком партии стал Домом Правительства, дом политпросвещения – администрацией Президента, а многочисленные техникумы и ПТУ превратились в тематические суды и гостиницы. Всё, конечно, было отделано цветным стеклом, начищено до блеска и окружено солидными новостройками, но всё равно, из этой Астаны (по-казахски «Астана» - это просто «столица») отчётливо «торчал» Целиноград. И тогда по высочайшему велению Президента на другом берегу Ишима (протекающей через город речки) после сноса дач и осушения тамошних болот, начали строить «новый» город. Не иначе Президент Назарбаев возомнил себя Петром Первым (помнится даже, когда столицу переносили, по казахскому телевидению шла пропагандистская кампания со светлым образом русского царя-реформатора), разлиновывавшим отвоеванные у болот клочки земли на новые улицы и «прошпекты» со словами «здесь граду быть»…

Погода, однако, была мерзкой. Пройдясь по гранитной (кстати, совершенно «питерской») набережной Ишима и полюбовавшись кварталами элитного жилья, мы замерзли окончательно. Наталья потребовала согревающих средств, кои мы приобрели в одном из магазинчиков – фляжку очень приличного коньяка «Казахстан» по цене рублей 60 на российские деньги. Отвлекаясь от темы, казахстанский алкоголь – это, вообще-то, чуть ли не главная причина шока, из которого не могут выйти все, кто побывал в степной республике. Бывшая всесоюзная «житница» после обретения независимости столкнулась с мощнейшим кризисом перепроизводства, и, спасая сельское хозяйство, власти то ли отменили, то ли снизили до смешных значений акцизы на спиртное. Казахстанцев буквально утопили в дешевой, но очень достойной по качеству, водке. Десять-двадцать российских рублей за бутылку ординарной, сто – за хрустальный графин, который не грех и директору подарить. В гористом южном Казахстане относительно развитой отраслью является виноградарство, поэтому местные вина и коньяки не были диковинкой даже в советские годы, но в годы независимости распитие бутылки коньяка по будням стало признаком не элитарного, а чуть ли не бытового пьянства.

Мы шли по проспектам «старой» Астаны, прихлёбывая коньячок из фирменной бутылки-фляжки. От отчаяния – тоже мне, припёрлись, даже прогуляться невозможно из-за погоды, я решил заглянуть в фирму «Астана-турист». Наверняка эта контора сможет предложить нам «приклеиться» к группе каких-нибудь кустанайских школьников, совершающей автобусную экскурсию по столице. Таких экскурсий было, действительно, полно, но все они начинались с завтрашнего дня, а сегодня нам могли только выделить автомобиль с трёхчасовой экскурсией тысяч за шесть российских рублей в казахстанском эквиваленте. Сочтя такое предложение не очень адекватным, мы решили погреться в музее. В бывшем президентском дворце (в «новой» Астане к тому времени уже была построена резиденция Назарбаева «Ак Орда», о которой чуть ниже) был размещен музей, скромно названный Музеем Первого Президента. Действительно, к чему все эти имена и фамилии, звания и регалии. Кто в Казахстане и, естественно, за его пределами не знает имени «Первого Президента»?

В музей пускали только группами и только в сопровождении местного экскурсовода, посему мы были вынуждены сидеть на банкетках в компании пары тёток-казашек и «русскоязычного» дядьки. Ну что ж, хоть руки-ноги отогреем. Рядом болтали две экскурсоводши. Одна из них обратилась к нам: «Ещё немножко подождите, школьники к нам едут, с ними пройдете», и как ни в чем ни бывало, продолжила, уже обращаясь к своей коллеге: «Сейчас посмотрим, кого больше будет, русских или казахов – экскурсию на русском или на казахском проводить». Да уж, нравы. Ладно, допустим, считается, что местные русские должны худо-бедно знать язык титульной нации. Но вот я, например, прибыл из другого государства, где не знают казахского, и что мне делать? И, вообще, в Конституции Казахстана записано, что «русский – это язык межнационального общения», то есть, если встретились в Казахстане, например, русский с казахом или наоборот, татарин с немцем, общаться по-русски им разрешается, и даже где-то в чем-то поощряется.

Нам повезло – школьники были из Петропавловска, еще более «русскоязычного» города, чем мой родной Павлодар. А вот экскурсия была тягомотной, официозной и весьма пафосной. Гид в экстазе закатывала глаза, показывая нам мечи, подаренные Нурсултану Абишевичу арабскими шейхами и вышитые золотом книги от президента Украины (за точность описываемых экспонатов не ручаюсь, но их смысл, надеюсь, понятен). По ее словам, эти дары являлись несомненными свидетельствами мирового авторитета Казахстана и его лидера, знаками внимания, уважения, любви… Et cetera.

Занятными были только первые залы, посвященные годам жизни Нурсултана Абишевича до того, как его угораздило стать лидером нации. Например, оказалось, что Первый Президент – прямой потомок легендарного казахского богатыря Карасай-Батыра, в честь которого в Карасай даже была переименована малая родина Президента, город Каскелен, пригород Алма-Аты. Вообще, в Казахстане, все значимые исторические персонажи, именами которых называют улицы и проспекты, либо Ханы и Бии, то есть правители здешних земель в разные времена, либо Батыры, то есть мужественные воины. Эти герои, вне зависимости от своего статуса, в чем-то были реальны, в чем-то сказочны – подобно героям маркесовского шедевра «Сто лет одиночества», могли жить лет по двести, летать по воздуху, и в одиночку разбивать орды врагов – в данном случае исчезнувших во тьме истории джунгаров.

Порадовали защитные очки и огромная кочерга, которой будущий Президент лазил в доменные печи металлургического завода где-то в Днепропетровске, где он то ли практику производственную проходил, то ли работал после институтского «распределения». Но больше всего развеселила выполненная в высокохудожественной манере, свойственной музеям позднего социализма, диарама, которая называлась как-то типа «Маленький Нурсултан помогает дедушке пасти овец на джайляу близ Каскелена» («джайляу» – это казахский вариант высокогорных альпийских лугов, кто не знал). Милейшая пастораль представляла собой композицию, в которой пластилиновый казахский мальчик и пластилиновый длиннобородый казахский дедушка с большой палкой в руках, лирично сидели в окружении пластилиновых овечек на зеленом холмике из пенопласта и умиротворенно взирали на застекленную часть стены Музея Первого Президента, разрисованную в солнце-небо-облака…

Выйдя из музея, мы нашли астанинскую (иногда еще говорят «астанайскую») погоду сильно переменившейся. На небе не было ни тучки, ни облачка, будто кто-то подстроил сбившийся канал телевизора, пока мы были в музее, и рябящая картинка вдруг стала яркой и чёткой. На улице было тепло и сухо, и единственное, что омрачало наше пребывание – это усилившийся ветер. Мы вновь вышли на центральную площадь «старой» Астаны (уж простите, не помню, как она называется сейчас, раньше, естественно, была площадью Ленина), где я вдруг заметил нечто неприятное – на голубом небе прямо у горизонта отчётливо виднелась ярко-жёлтая полоса. «Ты знаешь, что это?», - без надежды на правильный ответ спросил я свою супругу. Откуда же дальневосточной девчонке было знать, что это, пардон, жопа – надвигающаяся со степи пыльная буря? Пыльные бури в Казахстане совсем не те, что бывают, например, у нас в Сибири – полчаса летающего мусора, после которых начинается ливень, тут же прибивающий все поднятое назад к земле. Нет, в Казахстане все гораздо серьезнее…

Пока не началось, мы заторопились в «новый» город. По дороге к автобусной остановке прошли через забавные уличные «шахматы» - огромные фигуры были расставлены на выложенной тротуарной плиткой шахматной доске – смело можно играть. В принципе, вполне себе европейская картинка, если не считать рядом стоящей стеклянной будки-стакана, где сидел скучающий полицейский, основной задачей которого было следить, чтобы фигуры не «спи…»…

По мосту через Ишим с символической изломанной аркой-шатром мы въехали в «новый» город. Пока все это огромный пустырь, на котором шла колоссальных масштабов стройка. Какие-то объекты уже были закончены, какие-то находились на финише строительства, а о каких-то можно было только догадываться по торчащим из земли железкам. Проехали совершенно «сталинскую» высотку-новодел. Надо же, а в Варшаве, говорят, наоборот, комплексуют – всё убрать норовят подарок «старшего брата». Вышли мы около фантастических размеров мечети (потом где-то прочитали, что там не только мечеть, но и медресе, то есть религиозное училище, библиотека и другие объекты мусульманской культуры), напротив которой сооружались небоскребы, поражавшие своими смелыми изгибами. Мы шли к центру «нового» города – казахстанскому аналогу Эйфелевой башни – башне Байтерек, которая должна символизировать начало новой эры в жизни страны.

Ветер, который в «старом» городе был просто сильным, в степи оказался ураганом. Со строящихся объектов были эвакуированы таджики и узбеки, которые теперь испуганными воробьями сидели у строительных заборов, пережидая стихию. Вместе с ними мы увидели, как падает павильон автобусной остановки, мимо которого мы прошли только что, и как со строек улетает плохо укрепленное кровельное железо. Кажется, прозвище Астаны, «город летающих пакетов» - это слабая характеристика, у моего пакета, в котором я нес купленные в городе артефакты нашего пребывания – газетки и сувениры, ручки оторвало «с мясом» – я едва поймал улетающие трофеи.

Башня Байтерек, по случаю урагана закрытая для посещения (по тем же причинам мы не попали в Этнопарк – огромную карту Казахстана с воспроизведенным рельефом страны и основными достопримечательностями), впечатляла. Вообще-то «Байтерек» по какой-то доисламской казахской мифологии – это Дерево Жизни, но на дерево башня совсем не была похожа. Чтобы представить себе творение казахстанских зодчих, вообразите недораскрывшийся салют – вверх еще продолжают стрелять, а шикарные «брызги», ради которых вы пришли на площадь, только-только начинают расходиться от эпицентра – эдакий удачный снимок фотографа-профессионала. Эпицентр «салюта» - огромный золотой шар, в котором располагаются вращающийся ресторан (ничего не напоминает?) и смотровая площадка для туристов. Державный пафос символа нового Казахстана вполне уместно усмиряла «бытовая» скульптура у подножия – девушка-художник в джинсах и бейсболке, рисующая Байтерек с натуры. А пафос «малой архитектурной формы» в свою очередь начисто обесценивался классическим русским словом из трёх букв, размашисто нацарапанным в раскрытом мольберте металлической художницы.

Башня находилась в центре площади, утыканной молодыми деревцами, практически саженцами. И вновь запросилась цитата: «Через четыре года здесь будет город-сад». По периметру площадь окружали очень смелые в архитектурном плане здания: «яйцо» - строящееся здание Государственного Архива, министерский небоскреб, прозванный в народе «зажигалкой» (кстати, в здании к тому времени уже успел случиться серьезный пожар – «как вы яхту назовете…»), здание-арка «Казмунайгаза» (местного «Газпрома», «Роснефти» и «Лукойла» в одном лице) и другие, чуть менее выразительные, дома. Размах задумок был поистине Петровским! Пройдя чуть дальше по площади, превращавшейся в широченный бульвар, мы уткнулись в два золотых усеченных конуса (в них уже переехало из «старой» Астаны Правительство республики), рядом с которыми стояли две башни – Сенат (верхняя палата парламента) и Мажилис (соответственно, его же палата нижняя). Вдалеке синим куполом в золотом обрамлении выглядывал дворец «Ак Орда», даже на приличном расстоянии вызывавший сильные ощущения. Для понимания: через какое-то время в гости к Назарбаеву приехал Путин (это мы уже по телевизору смотрели), и в связи с очередной столичной непогодой церемонию встречи высокого гостя почетным караулом, включая проход маршем, было решено провести прямо в одном из залов «Ак Орды», о чем собственно с восторгом и сообщали придворные тележурналисты.

Продираясь сквозь порывы ветра, мы шли на автобусную остановку – чтобы оценить, как удалось реализовать имперскую задумку, сюда нужно приехать лет через пять, когда в «новом» городе по бульварам и площадям будут ходить люди, по улицам ездить машины, а сам город не будет походить на стройплощадку, где случайные туристы мешают рабочим. Подошел нужный нам автобус, и я совершенно не по-джентельменски запрыгнул в него первым. Обернулся, чтобы помочь забраться Натке, но увидел, что ту натурально уносило очередным порывом по ходу движения автобуса. Ловчее меня оказался кондуктор-зазывала (в Казахстане на остановках из автобуса высовывается кондуктор, который выкрикивает маршрут и стоимость проезда, этого тоже никогда раньше не было в Северном Казахстане), нависший над лестницей – он на полтела «выпал» из дверного проема и, схватив мою жену за локоть, буквально затянул ее в салон.
1   2   3   4

Похожие:

В поисках казахстанской Атлантиды… icon«Мәңгілік ел»
Республикасының білім және ғылым министрлігі Солтүстік Қазақстан облысы Ғабита Мүсірепов атындағы аудан кмм «Сокологоровка орта мектебі»...

В поисках казахстанской Атлантиды… icon1. Необходимость изучения психологии и педагогики: в поисках смысла
Роль и значение дисциплины для изучения гуманитарных и социально-экономических наук

В поисках казахстанской Атлантиды… iconМониторинг сми РФ по пенсионной тематике 14 октября 2014 года
Власти в поисках источника длинных инвестиционных ресурсов в условиях закрытых внешних рынков капитала вновь обратились к пенсионным...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconОтче т о прохождении производственной практики в кф ОАО «атфб»
Республика Казахстан обладает огром­ным потенциалом для того, чтобы стать процветающим государст­вом, но ей необходима поддержка...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconСценарий новогоднего представления «В поисках снегурочки»
Девять жён султана Шахгельдиева Лия, Филатова Алина, Слюнина Алёна, Родионова Наталья, Калугина Алёна, Бакулина Валерия, Япеева Эльвира,...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconСтудента 2 курса магистратуры основной образовательной программы...
Охватывает все без исключе­ния важнейшие сферы общественной жизни. При рассмотрении данного вопроса разработчики казахстанской Конституции...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconРуководителям краевых государственных учреждений здравоохранения
Украины, прибывающих на территорию Российской Федерации в поисках убежища, Правительством Российской Федерации утвержден упрощенный...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconРоссийской федерации в упрощенном порядке
В соответствии с Федеральным законом "О беженцах", а также в связи со сложной внутриполитической ситуацией на Украине и продолжающимся...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconСтепан бандера в поисках богдана великого
Гитлеровцами и сталинцами. Значительная часть издания посвящена истории украинского национализма, войне Украинской Повстанческой...

В поисках казахстанской Атлантиды… iconПрием соотечественников с Украины, ищущих убежище в России
России, как и для соотечественников, прибывших с Украины в поисках убежища, осуществляется в соответствии с приказом Минобрнауки...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Право





При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
p.120-bal.ru
Поиск