Хабаровской государственной академии экономики и права







Скачать 123.21 Kb.
НазваниеХабаровской государственной академии экономики и права
Дата публикации29.10.2017
Размер123.21 Kb.
ТипДокументы
p.120-bal.ru > Право > Документы






Александр Файзутдинов,

аспирант кафедры уголовного права и криминологии

юридического факультета

Хабаровской государственной академии экономики и права
Совершенствование уголовно-правовых норм

за незаконные действия с арестованным имуществом
The paper’s article proposes the ways of upgrading criminal-legal norms for the illegal actions with the arrested property.


В ч. 1 ст. 312 УК РФ наказуемыми признаются растрата, отчуждение, сокрытие или незаконная передача имущества, подвергнутого описи или аресту, совершённые лицом, которому это имущество вверено, а равно осуществление служащим кредитной организации банковских операций с денежными средствами (вкладами), на которые наложен арест. Растрата представляет собой противоправные действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему описанное или арестованное имущество путём потребления этого имущества, его расходования или передачи другим лицам [1]. Отчуждение предполагает передачу имущества в пользу другого лица (возмездное или безвозмездное). Сокрытие – умышленное утаивание от судебных или исполнительных органов арестованного (описанного) имущества. Незаконная передача имущества – отчуждение имущества во владение или распоряжение третьим лицам.

Из смыслового толкования приведённых терминов нетрудно заметить, что отчуждение и незаконная передача арестованного (описанного) имущества практически синонимичные понятия. В связи с этим выделение их в качестве самостоятельных альтернативных действий в структуре объективной стороны вряд ли целесообразно. Неоднозначную оценку в юридической литературе получило и использование в тексте ст. 312 УК РФ признака растраты. Как одна из форм хищения растрата является уголовно наказуемым деянием безотносительно к правовой природе имущества, на которое направлено посягательство виновного. Другое дело, что применительно к ч. 1 ст. 312 УК РФ израсходование описанного или арестованного имущества, вверенного виновному, не всегда свидетельствует о наличии в действиях лица именно хищения в форме растраты. Для подобных выводов необходима совокупность всех установленных уголовным законом признаков хищения, в том числе причинение ущерба собственнику или иному владельцу этого имущества. Однако в ситуации, когда подвергнутое аресту (описи) имущество передаётся на ответственное хранение собственнику (законному владельцу) и последний его растрачивает, нельзя говорить о хищении, поскольку установление обременений на имущество не влечёт смены права собственности. Если же действия виновного сопровождаются хищением, возникает неопределённость с применением конкурирующих положений ст. 160 УК РФ. Необходима ли дополнительная квалификация по названной статье? По мнению С. Векленко и Д. Виноградова, совокупности преступлений в данном случае быть не может, поскольку ст. 312 УК РФ направлена на охрану интересов правосудия и собственности, а значит, является специальной по отношению к ст. 160 УК РФ [2]. К сожалению, при рассматриваемом подходе не учитывается количественная характеристика общественной опасности данных преступлений. Санкция ч. 1 ст. 312 УК РФ в максимальных размерах соответствует карательному потенциалу ч. 1 ст. 160 УК РФ (лишение свободы на срок до двух лет). Поэтому угроза противоправных нарушений функционирования общественных отношений, обеспечивающих обязательность процессуальных актов, законодательно не учтена. В связи с этим С.А. Горелик и Л.В. Лобанова предлагают при наличии признаков хищения содеянное квалифицировать по совокупности ч. 1 ст. 312 и ст. 160 Уголовного кодекса [3]. Однако обозначенная авторская позиция подкрепляется идеей описания формы преступного деяния посредством таких терминов, как «сокрытие», «потребление», «израсходование» или «незаконная передача имущества», вместо применяемого в действующем уголовном законе понятия «растрата». Предполагается, что с помощью названных терминов можно охватить все наиболее опасные и распространённые действия, создающие существенные затруднения для решения восстановительных задач правосудия [4]. На необходимость замены понятия «растрата» в ч. 1 ст. 312 УК РФ для соблюдения единства терминологии уголовного законодательства указывают Л.Б. Сазонова и А. Друзин [5]. Считается, что в диспозициях ст. 160 и 312 УК РФ одним термином обозначены разные по содержанию понятия. Поэтому в анализируемом плане правовая оценка должна производиться по правилам о хищении имущества.

Нам представляется, что простая терминологическая замена или исключение слова «растрата» из текста ст. 312 УК РФ недостаточно эффективны. Предлагаемые в качестве эквивалента языковые обороты отражают частные стороны одного и того же явления, а именно растраты имущества. Использование понятий «потребление», «израсходование», «незаконная передача», «отчуждение» не привнесут ничего нового. Выход из сложившейся ситуации видится в уточнении формулировки закона. В структуре ст. 312 должен быть выделен квалифицированный состав, описывающий совершение противоправных деяний с арестованным имуществом, сопряжённых с его хищением. Это позволит избежать любых сомнений в квалификации преступных посягательств, так как возможные варианты будут чётко представлены только в анализируемой ст. 312 УК РФ.

Главным криминализующим фактором перечисленных выше деяний является нахождение имущества под арестом (описью). Арест имущества производится в рамках уголовного, гражданского и административного судопроизводства.

В соответствии со ст. 139 ГПК РФ и ст. 90 АПК РФ суд по заявлению лиц, участвующих в деле, вправе принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска или имущественных интересов заявителя (обеспечительные меры), если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта. К обеспечительным мерам относится наложение ареста на денежные средства или иное имущество, принадлежащие ответчику и находящиеся у него или других лиц. В уголовном процессе арест имущества направлен на обеспечение исполнения приговора суда в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества. Арестованное имущество изымается либо передаётся по усмотрению должностных лиц правоохранительных органов на хранение собственнику или владельцу этого имущества либо иному лицу, которые должны быть предупреждены об ответственности за сохранность имущества, о чём делается соответствующая запись в протоколе. Факты свидетельствуют о том, что в подавляющем большинстве случаев описанное и арестованное имущество вверяется непосредственно его владельцу (собственнику) либо его родным и близким. С нашей точки зрения, такую практику приемлемой признать нельзя. Ведь в приведённых ситуациях опасность утраты описанного имущества несравнимо возрастает.

Особенностью применения ареста в административно-правовом порядке является круг уполномоченных на совершение обозначенной процедуры субъектов. В отличие от гражданского, арбитражного и уголовного процессов соответствующие ограничительные мероприятия с имуществом осуществляются не по решению судебных ведомств, а на основании актов компетентных органов исполнительной власти. Например, в ст. 77 Налогового кодекса предусматривается право на арест имущества налогоплательщика-организации по постановлению руководителя (его заместителя) налогового или таможенного органа.

Уголовный закон ответственность виновных лиц по ч. 1 ст. 312 УК РФ в зависимость от способа применения процедуры ареста (уголовно-правовой, гражданско-правовой, административно-правовой) не ставит. Однако в этом проявляется определённая непоследовательность формирования юридических норм. С учётом особенностей посягательства непосредственным объектом данного преступления, с одной стороны, выступают общественные отношения, обеспечивающие интересы правосудия, с другой – отношения в сфере собственности. Причём при характеристике первого непосредственного объекта имеются в виду интересы правосудия в части исполнения приговора суда или иного судебного решения [6]. Поскольку арест имущества осуществляется в рамках и административного процесса по решению несудебных органов, следовательно, интересы правосудия негативному воздействию подвергаются не всегда. В указанном случае неприменимо даже использование понятия «правосудие» в широком смысле как общественных отношений в сфере деятельности суда, а также иных физических и юридических лиц, которые способствуют судебной деятельности [7]. Арест имущества таможенными, налоговыми и другими правоохранительными органами осуществлению судебных функций не способствует ввиду отстранённости судебной власти от рассматриваемых правоотношений и уж тем более деятельностью суда не является.

Таким образом, в рамках одного состава ч. 1 ст. 312 УК РФ приравнены по степени общественной опасности деяния, таковыми фактически не являющиеся. За незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту административными органами, наказание соразмерно должно быть уменьшено. Ведь в последнем случае страдают два объекта уголовно-правовой охраны, а не один.

В диспозиции ч. 1 ст. 312 УК РФ наряду с арестом упоминается опись имущества. Употребление разделительного союза «или» в словосочетании «подвергнутого описи или аресту» позволяет, по-видимому, по замыслу законодателя, рассматривать опись как самостоятельное процессуальное действие. Из формальных соображений сомнений в этом быть не может. Тем не менее считается, что опись представляет собой неотделимый элемент процедуры ареста имущества. Такой вывод можно сделать, в частности, из анализа нормативных актов, регламентирующий порядок применения обеспечительных мер. В ст. 27.14 КоАП РФ установлено, что арест товаров, транспортных средств и иных вещей, явившихся орудиями совершения или предметами административного правонарушения, заключается в составлении описи указанных товаров, транспортных средств и иных вещей. Согласно ст. 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» [8], арест имущества должника производится судебным приставом-исполнителем с составлением акта о наложении ареста (описи имущества). С другой стороны, приведённые доводы с неизбежностью вытекают из самой природы ареста как юридического действия. Ведь для того чтобы законно ограничить правомочия лица в обладании какой-либо вещью, нужно чётко обозначить в соответствующем документе, что изымается и в каких объёмах. Указанные обстоятельства о неразделимой связи описи и ареста, а также о невозможности самостоятельного применения описи, нашли отражение и в юридической литературе [9]. Однако несколько исключений из общего правила, как нам кажется, существуют. Предусмотрены они уголовно-процессуальным и гражданским законодательством. В соответствии со ст. 160 УПК РФ следователь или дознаватель принимают меры по обеспечению сохранности имущества и жилища подозреваемого или обвиняемого, задержанного или заключённого под стражу. Оставшееся без присмотра имущество передаётся на хранение лицам, пользующимся доверием подозреваемого или обвиняемого, либо жилищно-эксплуатационной организации. Об этом следователь, дознаватель составляют постановление и опись передаваемого имущества, удостоверяемую лицом, которому оно передано на хранение [10].

Такое имущество также может быть предметом рассматриваемого преступления. В этом случае опись имущества приобретает самостоятельное уголовно-правовое значение, независимое от задач исполнения гражданского иска в уголовном процессе и конфискации имущества [11].

В гражданском законодательстве опись имущества осуществляется нотариусом в качестве меры по охране наследства (ст. 1172 ГК РФ). В зависимости от состава входящее в наследство описанное нотариусом имущество передаётся по договору хранения или доверительного управления кому-либо из наследников, а при невозможности передать его наследникам – по усмотрению нотариуса другому лицу.

Таким образом, совместное употребление описи и ареста имущества в качестве альтернативных действий в ч. 1 ст. 312 УК РФ не кажется таким уж необоснованным. Хотя имеются и противоположные точки зрения [12]. Стоит отметить, что проанализированные аспекты являются неотъемлемой частью более общего проблемного вопроса о месте ст. 312 УК РФ в гл. 31, посвящённой преступлениям против правосудия. Предполагается, что данная уголовно-правовая норма направлена на обеспечение гарантированности имущественных притязаний субъектов в части взыскания ущерба от незаконных действий виновных лиц. Мало того, исходя из понимания родового объекта гл. 31, негативному воздействию непосредственно должны подвергаться интересы правосудия. Однако приходится констатировать, что зачастую общественные отношения в сфере правосудия указанными в уголовном законе деяниями вообще не затрагиваются. Следовательно, функциональное предназначение нормы не выполняется. Тем самым нарушается заданная логическая связь. Причины этого кроются в недостаточной проработке юридического материала, в отсутствии согласованности с иными отраслевыми актами. Законодательство в области исполнительного производства носит комплексный характер и не исчерпывается только реализацией судебных актов. Не вписывается в рамки интересов правосудия и нотариальная деятельность. Поэтому охватить в одной норме разные процедурные аспекты не представляется возможным, не изменив содержание охраняемого уголовно-правовыми средствами объекта посягательства. В этом смысле справедливо звучат критические замечания теоретиков уголовно-правовой науки о наименовании и содержании родового объекта преступления в гл. 31 УК РФ. Достаточно широко они представлены в рамках исследований правосудия и его отдельных элементов как в материальном, так и процессуальном уголовном праве [13]. Предлагаются соответствующие понятийные нововведения (например, вместо выражения «преступления против правосудия» употреблять «уголовно-процессуальные преступления», «преступления против судебной власти» или «преступления в сфере судопроизводства»). Есть мнения и о возможности выделения в Уголовном кодексе России самостоятельной главы, объединяющей группу посягательств, направленных на противодействие исполнительному производству, либо отнесение их к преступлениям против порядка управления.

Не затрагивая все существующие точки зрения, укажем лишь, что поставленная проблема окончательно не исчерпана и требует дальнейшего поиска конструктивных решений. В качестве возможного варианта мы предлагаем уточнить формулировку диспозиции ч. 1 ст. 312 УК РФ в части порядка наложения ареста на имущество, если он произведён на основании судебного акта. При этом упоминание об описи следует исключить. Обеспечительные мероприятия в отношении ответчика, подозреваемого и обвиняемого могут заключаться в наложении ареста на денежные средства и иные ценности, находящиеся на счетах перечисленных лиц в банках и иных кредитных организациях. Операции по таким счетам прекращаются полностью или частично в пределах денежных средств и иных ценностей, на которые наложен арест.

В связи с этим осуществление служащим кредитной организации банковских операций с денежными средствами (вкладами), на которые наложен арест, предполагает совершение штатным работником кредитной организации вопреки установленному запрету действий, влекущих за собой списание денежных средств с банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), в том числе их перевод на другие счета в сторонние банки, если указанные действия входили в круг служебных обязанностей такого сотрудника и он был осведомлён об ограничении операций по данным счетам.

Виды возможных банковских операций на территории Российской Федерации сформулированы в ст. 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» [14]. Исходя из буквы закона, состав анализируемого преступления при наличии прочих условий образуют следующие факты: размещение привлечённых средств физических и юридических лиц от своего имени и за свой счёт; осуществление расчётов по поручению физических и юридических лиц по их банковским счетам; закрытие счетов; выдача банковских вкладов.

В заключение предлагаем авторский вариант уголовно-правовых норм за незаконные действия с арестованным имуществом.

«Статья 312. Незаконные деяния в отношении имущества, подвергнутого аресту либо подлежащего конфискации

1. Растрата или иные незаконные деяния в отношении имущества, подвергнутого аресту на основании судебного акта, совершённые лицом, которому это имущество вверено, а равно осуществление служащим кредитной организации банковских операций с денежными средствами (вкладами), на которые наложен арест по судебному акту, –

наказываются……………………...

2. Те же деяния, сопряженные с хищением имущества, –

наказываются…………………….».
Литература
1. О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате : Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 г. № 51 // Российская газета. 2008. 12 января.

2. Векленко С., Виноградов Д. Проблемы отграничения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 312 УК РФ, от смежных и конкурирующих составов преступлений // Уголовное право. 2007. № 5. С. 13.

3. Горелик А. С., Лобанова Л. В. Преступления против правосудия. СПб. : Юридический центр Пресс, 2005. С. 418.

4. Лобанова Л. В. Преступления против правосудия : проблемы классификации посягательств, регламентации и дифференциации ответственности : дис ….д-ра юрид. наук. Казань, 2000. С. 196.

5. Сазонова Л. Б. Проблемы уголовно-правовой охраны имущества, подвергнутого описи или аресту // Российская юстиция. 2007. № 3. С. 23; Друзин А. Диспозиция ст. 312 УК РФ требует уточнения // Законность. 2002. № 10. С. 28.

6. Уголовное право. Общая и особенная части : учебник / под ред. М. П. Журавлева, С. И. Никулина. М. : Норма, 2004. С. 721; Уголовное право. Особенная часть : учебник / под ред. Н. И. Ветрова, Ю. И. Ляпунова. М. : Новый юрист, 1998. С. 664.

7. Бажанов М. И. Уголовно-правовая охрана советского правосудия : учеб. пособ. Харьков, 1986. С. 11; Кулешов Ю. И. Преступления против правосудия : проблемы теории, законотворчества и правоприменения : монография. Владивосток : Изд-во Дальневост. ун-та, 2007. С. 14.

8. СЗ РФ. 2007. № 41. Ст. 4849.

9. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть : учебник / под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. М. : Инфра-М; Контракт, 2004. С. 616; Ткачева Н. Н. Проблемы обеспечения иска в гражданском судопроизводстве : автореф. дис. …канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 11.

10. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В. М. Лебедева. М. : Спарк, 2003. С. 331.

11. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации : комментарий судебной практики и доктринальное толкование / под ред. Г. М. Резника. М. : Волтерс Клувер, 2005. С. 473.

12. Уголовное право. Особенная часть : учебник / под ред. В. Н. Петрашева. М. : Приор, 1999. С. 530.

13. Асликян С. Э. Уголовно-правовое обеспечение реализации конституционных принципов осуществления правосудия : автореф. дис. …канд. юрид. наук. М., 2003. С. 18; Денисов С. А. Актуальные проблемы уголовной ответственности за преступления против правосудия : дис. …д-ра юрид. наук. СПб., 2002. С. 32; Ольков С. Г. Уголовно-процессуальные нарушения. Тюмень : Высшая школа МВД РФ, 1996. С. 10; Федоров А. В. Преступления против правосудия (вопросы истории, понятия и классификации) / отв. ред. А. И. Чучаев. Калуга : Политоп, 2004. С. 80.

14. СЗРФ. 1996. № 6. Ст.492.

Вестник ХГАЭП. 2008. № 3 (36)

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Хабаровской государственной академии экономики и права iconУголовно-правового противодействия
Широков В. А., профессор Хабаровской государственной академии экономики и права, заслуженный юрист РФ

Хабаровской государственной академии экономики и права iconХабаровской государственной академии экономики и права
«каждое государство обязано добросовестно выполнять свои обязательства в соответствии с международными соглашениями, имеющими силу...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconБиблиографический указатель трудов преподавателей и сотрудников Санкт-Петербургской...
Петербургской академии управления и экономики. 1990-2010 гг. (из фондов Библиотеки академии) / С. Петерб акад упр и экон.; сост....

Хабаровской государственной академии экономики и права iconДеятельность: За период работы в Академии прошла стажировку в Институте...
Воронцова Оксана Викторовна, кандидат юридических наук, доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Коми республиканской академии...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconУчебное пособие Одесса ао бахва 1999
Рецензенты: кандидат юридических наук, доцент кафедры административного и финансового права Одесской государственной юридической...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconЯшкова Т. А. доктор политических наук, член Российской ассоциации...
Академии Геополитических проблем, г. Москва, профессор кафедры государственного и муниципального управления Института экономики,...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconКомментарий к федеральному закону
Саратовской государственной академии права; сотрудник Саратовского Центра по исследованию проблем организованной преступности и коррупции,...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconПроблемы инновационно-технологического обеспечения конкурентоспособности экономики украины
Ннц «Институт аграрной экономики» Национальной академии аграрных наук Украины, г. Киев

Хабаровской государственной академии экономики и права iconОфицер Департамента охраны государственной границы Администрации...
Ю. Б. Курылюк, офицер Департамента охраны государственной границы Администрации Государственной пограничной службы Украины, соискатель...

Хабаровской государственной академии экономики и права iconОрганизационное единство как признак юридического лица
Диссертация выполнена на кафедре гражданско-правовых дисциплин Юридического института Московской академии экономики и права

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Право





При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
p.120-bal.ru
Поиск