Социальные практики российской коррупции







Скачать 267.14 Kb.
НазваниеСоциальные практики российской коррупции
страница4/5
Дата публикации30.10.2017
Размер267.14 Kb.
ТипДокументы
p.120-bal.ru > Право > Документы
1   2   3   4   5

Коррупционные сети


К институциональным признакам коррупции следует относить также признаки деятельности коррупционных сетей на федеральном, региональном и муниципальном уровнях, которые были выявлены качественными методами социологических исследований. Деятельность коррупционных сетей проявляется в формировании неформальных и нелегальных взаимосвязей и взаимозависимостей между чиновниками по вертикали управления в одном или нескольких органах власти, а также по горизонтали на различных уровнях управления между разными ведомствами и иными структурами, включая частные бизнесы. Эти взаимосвязи и взаимозависимости используются для систематического совершения коррупционных действий, как правило, с целью личного обогащения, распределения бюджетных средств в пользу структур, входящих в коррупционную сеть, повышения их нелегальных доходов или для получения конкурентных преимуществ её финансово-кредитными и коммерческими структурами, с целью последующего получения таких доходов [Римский, 2000, с. 72-82].

Услуги коррупционных сетей обычно востребуются и предоставляются в центрах принятия решений, относящихся к государственному управлению и крупному частному бизнесу. Более того, многие должностные лица, принимающие решения на различных уровнях системы управления государством и обществом, сами являются членами таких коррупционных сетей.

Сети должностных лиц, связанных взаимными обязательствами, существовали и существуют во все времена и во всех странах. Особенность текущего периода развития России в том, что через эти коррупционные сети, а не через нормативные контрактные отношения между органами власти и частными бизнесами, проходит большая доля валового национального продукта (ВНП), чем в развитых государствах. Анализ собственности и расходов чиновников российского государственного аппарата показывает, что их реальные доходы значительно превышают легальные. Более того, судя по уровню легальных доходов высокопоставленных российских чиновников, их теневые доходы, получаемые от коррупционных сетей, стали основной частью их реальных располагаемых доходов. Даже относительно честные чиновники, не берущие взяток ни за какие услуги, через коррупционные сети получают настолько значительные доли своих доходов, что не смогут существовать вне этих сетей и, соответственно, противостоять реализации их корпоративных интересов. В результате государственные служащие в своей работе руководствуются своими обязательствами перед коррупционными сетями не меньше, чем интересами государства, скорее поддерживают реализацию интересов коррупционных сетей, чем противостоят им. В этом основная причина неэффективности государственного аппарата управления, и эта неэффективность прогрессирует, не давая возможности ни выработать, ни реализовать интересы государственные и общественные.

Деятельность коррупционных сетей всегда является конфиденциальной, информационно закрытой, не оставляющей документальных свидетельств реальных мотивов принятия решений и распределения ролей между их участниками в реализации этих решений. Поэтому деятельность коррупционных сетей изучается социологами и расследуется правоохранительными органами с трудом, а иногда является вообще полностью закрытой для изучения и расследования в силу высокого социального статуса входящих в эти сети должностных лиц. Поэтому конкретных и общих признаков деятельности коррупционных сетей пока не разработано. Но это не должно препятствовать наблюдателям и представителям некоммерческих и общественных организаций высказывать подозрения в осуществлении деятельности тех или иных коррупционных сетей и в причастности к ним тех или иных должностных лиц и отдельных граждан, а правоохранительные органы эту деятельность на основе высказываемых подозрений расследовать. Какой бы ни была закрытой деятельность коррупционных сетей, те или иные документальные её свидетельства правоохранительные органы могли бы выявлять, особенно, в рамках открытых уголовных дел, что, тем не менее, в современной России случается крайне редко.

Сетевой характер коррупции и неэффективность борьбы с ней органов власти


Сетевой характер имеют большинство коррупционных взаимодействий в нашей стране. Это означает, что в современных условиях они крайне редко выстраиваются в иерархические системы с подчинением низших уровней высшим. В частности, если и происходит передача финансовых средств, полученных коррупционными способами, с низших уровней управленческих иерархий на высшие и наоборот, то, чаще всего, либо эпизодически, не постоянно, либо постоянно, но весьма локально, с участием крайне ограниченного круга лиц. Причина такой эпизодичности и локальности коррупции в том, что любое расширение круга лиц, вовлечённых в конкретную коррупционную сделку, либо осуществление серии коррупционных сделок по одной и той же схеме с участием одних и тех же физических лиц существенно повышает для них риски раскрытия этих сделок правоохранительными органами и последующих наказаний в соответствии с нормами российского законодательства.

Организация российской коррупции преимущественно по сетевому принципу означает, во-первых, высокий уровень децентрализации взаимодействий и принятия решений участниками социальных сетей. Во-вторых, высокий уровень специализации, когда каждый участник сети выполняет свои специализированные функции, которые в органах власти, организациях частного бизнеса и некоммерческих нередко полностью соответствуют должностным полномочиям коррупционеров, зафиксированных в их контрактах, уставах организаций и т.п. Эта особенность сетевой организации российской коррупции нередко становится возможной в силу коррупции институциональной. В-третьих, практическое отсутствие в коррупционных сетях формальных документов, определённых нормами законов и других нормативно-правовых актов, замена их неформальными, складывающимися по взаимным договорённостям, чаще всего, временным, возобновляемым при необходимости в личных контактах и т.п.

В-четвёртых, участники коррупционных сетей, как правило, принимают решения и отвечают за свои коррупционные действия самостоятельно. В частности, участники коррупционных сетей, используя свои должностные полномочия, могут помогать тем, чьё совместное с ними участие в коррупции может быть раскрыто правоохранительными органами или уже раскрыто ими. Но такая помощь может и не оказываться. А, кроме того, самостоятельность действий коррупционеров существенно затрудняет юридические доказательства связей их коррупционных действий с деятельностью других должностных лиц из той же сети, которые их могут прикрывать. Поэтому взаимоотношения между коррупционерами носят почти исключительно неформальный и персонифицированный характер, с краткосрочными, постоянно меняющимися взаимными обязательствами, не всегда поддерживаемыми общепринятыми нормами морали и нравственности.

В-пятых, неформальные правила и нормы осуществления коррупционных действий всегда умалчиваются их участниками, они известны только им, все желающие включиться в коррупционные отношения должны сами догадываться, и догадываться правильно о том, какими эти неформальные правила и нормы являются. Иначе по недоверию в коррупционные отношения их старым участникам новые включены не будут. Правильные догадки о нормах и правилах неформальных коррупционных действий становятся возможными в результате освоения индивидами, желающими включиться в коррупционные отношения, своеобразного этоса коррупции. Соответствующий этос в данном аспекте следует понимать как стиль жизни интересующих индивида социальных групп коррупционеров, как ориентацию их культуры в широком смысле, их норм и правил поведения на ту или иную социальную активность, как совокупность приоритетных для этих социальных групп ценностей, норм морали и стереотипов поведения.

В современном российском социуме общих норм морали и стереотипов поведения уже практически не существует, они являются специфическими для отдельных социальных групп и другими социальными группами не принимаются, не становятся регуляторами их поведения. Социальная адаптация современных индивидов, осуществляемая в процессе их социализации, тем не менее, позволяет им усваивать этос приоритетных для них социальных групп и поддерживать его в своей последующей социальной активности. В результате этос коррупции в нашей стране поддерживается не столько рациональными представлениями о российской истории, в которой коррупция, как социальное явление, известна в течение многих столетий [Кирпичников, 1997], и не столько универсальными, общими для всех или большинства граждан представлениями об основных видах коррупционных действий, таких как взятка, откат, «распил», нецелевое расходование бюджетных средств, использование должностных полномочий для повышения уровня собственного благосостояния и т.п. В современной российской ситуации этос коррупции скорее поддерживается постоянным воспроизведением договорных коррупционных отношений, временных и неформальных, конкретных и очень разнообразных, постоянно меняющихся и адаптированных к имеющимся условиям социальной среды, действиям органов власти, складывающейся экономической и социальной ситуации.
1   2   3   4   5

Похожие:

Социальные практики российской коррупции iconМодуль Социальная структура и духовная сфера жизни общества
Элементы социальной структуры: индивиды, социальные статусы и роли, социальные институты, социальная организация, социальный контроль....

Социальные практики российской коррупции iconПамятка по противодействию коррупции федеральным законом Российской...
Российской Федерации от 25 декабря 2008 г. №273-фз «О противодействии коррупции» устанавливаются основные принципы противодействия...

Социальные практики российской коррупции iconЖенщины Франции в межвоенный период: культурные представления и социальные практики
«Женщины Франции в межвоенный период: культурные представления и социальные практики»

Социальные практики российской коррупции iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Проблема коррупции – одна из самых животрепещущих проблем российской и зарубежной политико-правовой практики. Поэтому неугасающий...

Социальные практики российской коррупции iconПрограмма международной конференции
Практики противодействия коррупции. Основные направления антикоррупционной работы в сфере

Социальные практики российской коррупции iconМетодические рекомендации по разработке и принятию организациями...
Указа Президента Российской Федерации от 2 апреля 2013 г. N 309 "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О...

Социальные практики российской коррупции iconОбщественная Палата Российской Федерации. Горячая линия по предположительным...
За время горячей линии так же поступил ряд звонков по иным направлениям, в которых заявители указывали на предполагаемые факты коррупции....

Социальные практики российской коррупции iconМетодические рекомендации по разработке и принятию организациями...
Указа Президента Российской Федерации от 2 апреля 2013 г. N 309 "О мерах по реализации отдельных положений Федерального закона "О...

Социальные практики российской коррупции iconЗакон «О противодействии коррупции» 1 Закон «О лоббировании»
Уровень коррупции в Российской Федерации и некоторые антикоррупционные приоритеты

Социальные практики российской коррупции iconРоссийская федерация федеральный закон о противодействии коррупции
Настоящим Федеральным законом устанавливаются основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Право





При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
p.120-bal.ru
Поиск